| 15:15 19.05.2009 МедиаПорт-Новости | Пред. / След.  |
Лично я в прощу на могилу Шевченко взяла давно нашумевшую книгу Олеся Бузины "Вурдалак Тарас Шевченко" . читать в автобусе. Собственно, я примерно представляла себе, о чем идет речь в книге, но в руки она мне не попадалась. С 2000 года, когда вышел первый тираж, автора поносили на все лады за посягательство на светлый образ, что не помешало ему выиграть все судебные процессы, а "Вурдалаку" . успешно переиздаваться до сегодняшнего дня.
Не буду кривить душой: был у меня в жизни период безумного увлечения творчеством Кобзаря. Где-то в седьмом-восьмом классах. Период совпал с волной национального возрождения 1990-х, открытием "белых пятен" в истории и подростковым максимализмом. Я запоем перечитывала "Кобзарь", в том числе примечания, пытаясь разобраться в перипетиях украинской истории. Кстати, примечания в этом советском издании были вполне сносные, купюр в текстах там тоже не наблюдалось, и стихи, обличающие гетьмана Хмельницкого, были в наличии ("Якби то ти, Богдане п.яний, тепер на Переяслав глянув." и другие), Переяславскую раду я воспринимала как личную трагедию и попадись мне тогда этот Зиновий.
В общем, чего у Шевченко, конечно, не отнять . так это силы влияния на патриотически настроенных индивидов. После чтения "Кобзаря" у настоящего украинца возникает непреодолимое желание кого-нибудь покарать . ляхив, москалив, панив или своих же земляков, которые распинают неньку-Украину. К счастью, обычно стремление покарать прекрасно сочетается с лежанием на диване :), а в большинстве случаев все-таки проходит, когда индивид оглядывается вокруг и осознает, что он не в XVIII веке и отряды Зализняка не стоят под подъездом. Впрочем, проходит не у всех и не всегда.
У меня очарование Шевченко сменилось стойким отвращением на третьем-четвертом перечитывании "Кобзаря", когда, продравшись, наконец, сквозь историческую основу, я осознала, что на уровне сюжетов и образов там сплошное одно и то же. В упомянутом отвращении я могла бы пребывать и далее, если бы не гениальное исследование Григория Грабовича "Поэт как мифотворец", прочитанное в 11-м классе. Это была индульгенция Тарасу с его однообразными трагедиями украинских девушек, потоками крови в синее море и идеологической непоследовательностью в вопросах наказаний. Грабович сделал то, чего, конечно, не могла сделать советская школа: открыл существование двух Шевченко, один из которых вращался в окололитературных кругах Петербурга, писал вполне тривиальные повести на русском языке и стремился к благополучию и комфорту, а второй . национальный пророк и Кобзарь . выстроил свой миф "матери-мученицы" в украиноязычных стихах, опираясь на традицию романтизма и национальные архетипы (постоянное повторение ключевых моментов . одна из главных особенностей мифа). С существованием поэта-мифотворца, а не поэта-защитника угнетенных народных масс или поэта-вечного нытика и подстрекателя к кровопролитию я могла смириться :).
Собственно биографических данных Грабович касался мало и весьма корректно. На филфаке для положительной оценки достаточно было знать имена и даты, "единственно" правильной версии от нас уже не требовали, но всем интересующимся было известно и об алкогольных пристрастиях Шевченко, и о его любовных неудачах . в общем, о существенных отличиях реальной биографии от официального жития. При этом мало кто просиживал вечера над томами воспоминаний современников . их и сейчас не особенно читают, хотя для этого уже не нужно даже ходить в библиотеку, а скажем, всего лишь на сайт "Изборник". Но там очень многабукв :).
Грех и успех Бузины состоял как раз в том, что он не поленился заполнить лакуны в официальной биографии Шевченко, пользуясь при этом дореволюционными изданиями, а то и просто читая вполне доступные, но непрочитанные большинством граждан источники, данные которых обиженные филологи-патриоты, как оказалось, считают своим скрытым сакральным знанием и отстаивают его, обвиняя скандального журналиста в копании в грязном белье и публичном оскорблении достоинства классика. В свою очередь, Бузина сознательно провоцирует ура-патриотов . и самим названием книжки, и некоторыми пафосными моментами в тексте, говоря о своей миссии по развенчанию мифа. Впрочем, насчет последнего он преувеличивает только слегка . написанная доступным языком и ироничным стилем книга "Вурдалак Тарас Шевченко" может быть легко прочитана широкими массами, в сознании которых наконец-то померкнет образ безликого и безгрешного батька Тараса.
Главной опасностью книги Бузины принято считать то, что враги нации немедленно воспользуются приведенной в ней информацией, убеждая больше не "вшановувать" алкоголика и графомана, рисовавшего порнографические картинки с изображениями царицы, любившего выпить и закусить на халяву и бывшего к тому же ленивым солдатом. Хотя лично я считаю, что эти характеристики смогут только приблизить образ Шевченко к народу и утроить его любовь :).
Культ поэта-пророка, кажется, всегда мало связан с его реальной биографией (Бузина, кстати, не делает исключения и для идола россиян Пушкина, оценивая критически его биографию), и раз уж он должен быть в каждом уважающем себя обществе, то говорить о триппере или циррозе печени у пророка как-то не принято, хотя мало кто из выдающихся деятелей искусства в старые добрые времена их избежал :). В наше время "антижитийная" ревизия народнического и советского канона закономерна, как и смена позитива на негатив, превращение борца, святого, мученика в "блудного" сына. Бузина практически не касается художественной стороны текстов, сосредоточившись на биографических аспектах, десакрализируя образ Шевченко и одновременно "оживляя" его, ведь эпатаж стимулирует внимание читателя, провоцирует его интерес.
Татьяна Трофименко, , МедиаПорт