| 10:41 23.12.2017 Новости "Вечернего Харькова" | Пред. / След. |

Макет памятника уже изготовил известный скульптор Сейфаддин Гурбанов.
По словам директора детской музыкальной школы N6 имени Н.В. Лысенко Людмилы Георгиевской, идея установки памятника возникала год назад, и вот, наконец, появился первый эскизный макет памятника.
– Макет выполнил известный скульптор Сейфаддин Гурбанов. И дальше создание памятника Лысенко будет осуществлять именно он, – рассказывает Людмила Георгиевская. – Вначале предполагалось, что макет выполнит его студент, но Сейфаддин Алиевич решил, что такой ответственный проект должен осуществлять более опытный, авторитетный человек. Кроме того, его увлекла не только внешняя, но и глубинная сущность выдающегося композитора. В последнее время мы не раз беседовали о нем, слушали его произведения.
– Да, личность Лысенко не только захватила меня, но, можно даже сказать, покорила, – признается скульптор, народный художник Украины, завкафедрой скульптуры Харьковской государственной академии дизайна и искусств Сейфаддин Гурбанов. – Получив предложение стать руководителем работы студента над памятником композитору, я решил поближе ознакомиться не только с его биографией, внешним обликом, но и с его музыкой. Она произвела на меня глубокое впечатление. Мне стало интересно перенести ее с языка музыкальных созвучий на язык линий и форм скульптурной композиции. И чем больше я размышлял об этом, тем больше мне этого хотелось. И вот однажды я принял решение - самому взяться за работу и довести ее до успешного завершения.
По словам Сейфаддина Гурбанова, в каждую свою работу он старается вдохнуть жизнь, подарить ей движение.
– Не удивляйтесь, неподвижной скульптуре необходимо движение, как будто создаваемый образ остановили в то или иное мгновение совершения какого- то действия, чтобы, как во время вспышки, вырвать его из бесконечного потока и запечатлеть навсегда... По-моему, мне это удается, – говорит скульптор. – Хочется чтобы и будущая скульптура Лысенко была не застывшей в статической позе, а полной экспрессии, как и вся его прекрасная могучая музыка. Поэтому ни в коем случае мой герой не должен сидеть, пусть даже за инструментом. Он не может не только сидеть, но и стоять, и даже идти — я вижу его летящим на крыльях своих мелодий. Теперь о его облике. Мне не хочется, чтобы он выглядел стариком, каким стал на склоне лет. Я вижу его молодым, может быть, лишь не намного старше, чем ученики школы, которая носит его имя. Тогда он станет для них родным и близким.
И еще одна деталь, которая кажется скульптору важной, – рука молодого Лысенко тянется к клавишам рояля, которого в композиции нет, но который легко домысливается зрителем.
– Именно эта рука, вот-вот готова опуститься на клавиши, должна связать мир музыки с миром скульптуры. Таким представляется мне будущий памятник, – делится Сейфаддин Гурбанов. – Первый макет сделан, его можно не только посмотреть, но и подержать в руках, ведь он пока маленький. Сейчас он сложился именно таким образом, но, возможно, что-то еще изменится, ведь замысел не стоит на месте. И, может быть, однажды будет найдено решение, которое кардинально изменит уже принятое. В моей практике был такой случай. Я работал над памятником героям Чернобыля. Уже была готова фигура сильного мускулистого человека, очень подходящая для воплощения мощи и силы духа ликвидаторов аварии. Некоторое время казалось, что это решение – наилучшее. Его уже и заказчик одобрил — оставалось лишь отлить. И вдруг меня начали мучить сомнения. Мировая катастрофа, все рушится, все разрывается. Целое делится на части. Разве может вписаться в эту трагедию цельная монолитная фигура? Нет, надо подходить к этому как-то иначе. Я думал... и вдруг прояснилось. Если мир рвется, то и человек не может сохранить цельность, он тоже начинает рваться. И тогда я делаю эскиз и начинаю рвать фигуру на части. Лейтмотив мощи и силы духа сменился лейтмотивом крика о помощи всему человечеству. Я осознал, что именно таким должен быть этот памятник. Позвонил заказчику, попросил приехать. Тот приехал и одобрил скульптуру в авангардистском, а не классическом стиле. Я понял, что новое решение лучше, правдивее и обязательно дойдет до сердец харьковчан. Единственное, чем был озабочен заказчик, успею ли я в связи со значительными изменениями завершить памятник к назначенному сроку. Я заверил, что успею, и слово свое сдержал.
В каком именно месте двора музыкальной школы, будет установлен памятник и как он будет связан с окружающим ландшафтом, скульптор пока затрудняется ответить.
– Решения достигаются путем изучения среды, – поясняет автор. – Имеют значение геометрия ее составляющих, их взаимное расположение, точка, с которой открывается наилучший обзор. Кроме того, нужно позаботиться еще и о том, чтобы предметный фон за памятником не мешал восприятию. Например, совершенно недопустимы броская окраска архитектурных форм днем или яркий свет, направленный в глаза зрителю, ночью. Чтобы этого не произошло, нужно тщательно все изучить, осмыслить, учесть все мелочи и только после этого принимать решения.
Впрочем, правильно выбранная точка установки, по мнению Сейфаддина Гурбанова, – еще не все. Требуются оптимальные размеры фигуры, постамента, ориентировка в пространстве.
– Если постамент высокий, то взгляд зрителя будет направлен снизу вверх, и голова будет казаться меньше истинных размеров, – говорит скульптор. – Такая ситуация была у меня со скрипачом на крыше. В результате голову скрипачу пришлось несколько увеличить, чтобы при взгляде снизу пропорции фигуры были соблюдены. Немалое значение имеет и то, как представляет все это заказчик. В данном случае музыкальная школа в лице директора Людмилы Георгиевской.
– Образ Николая Лысенко дорог и мне, и Сейфаддину Алиевичу, потому что он тоже был педагогом – так же, как и мы, – включается в разговор директор музыкальной школы. – Он не только творил сам, но и прививал тягу к творчеству своим ученикам. И те, подхватывая его мысли и идеи, несли их дальше – уже своим воспитанникам. Благодаря этому никогда не прерывается связь времен. То есть хороший педагог, а Лысенко был именно таким, является необходимым и очень важным звеном между прошлым и будущим. Недавно мне пришла в голову еще одна мысль. Ведь Лысенко писал не только взрослую музыку. Он оставил нам в наследство три детские оперы. Это «Коза-дереза”, “Пан Коцький” и “Зима, весна, або Сн╕гова Краля”. Созданные на живом фольклорном материале, они до сих пор любимы детьми и часто ставятся музыкальными педагогами в детских коллективах. В этих операх немало интересных персонажей: хитрая лисичка, трусливый зайчик, суровый Мороз, красавица Весна и многие другие. И вот однажды у меня мелькнула мысль: а что, если вокруг фигуры молодого композитора разместить персонажей его детских опер - чтобы ростом они были не выше учеников младших классов нашей школы. Личики у них должны быть детскими, а о том, что они - лисичка, зайчик или коза-дереза будут напоминать лишь маски, надетые сверху и не скрывающие лиц. Думаю, такой подарок моим младшим ученикам очень даже понравится.
Сейфаддин Гурбанов обещал подумать.
Что связывает Лысенко с Харьковом
С Харьковом великого композитора связывали годы учебы. В 1855 году Николая отдали во Вторую харьковскую гимназию, которую он окончил с серебряной медалью весной 1859 года. Во время обучения в гимназии он частным образом занимался музыкой и постепенно стал известным в Харькове пианистом. Его приглашали на вечера и балы. По окончании гимназии поступил на естественнонаучный факультет Харьковского императорского университета. Однако через год его родители переехали в Киев, и Николай перевелся на кафедру естественных наук Киевского императорского университета. Вся его последующая жизнь связана уже с Киевом, но именно в Харькове он впервые проявил себя на музыкальном поприще, и харьковчане, помня об этом, считают его своим.
© "Вечерний Харьков"
При любом использовании материалов сайта, гиперссылка на vecherniy.kharkov.ua обязательна. Редакция "Вечернего Харькова" может не разделять точку зрения авторов статей и ответственности за содержание републицируемых материалов не несет.